Светлана Баланова: Инновация не имеет смысла, если она не привязана к производству

16.08.2010

Известно ли вам, что скотч — это вовсе не любая клейкая лента? Это зарегистрированная, в том числе и в России, торговая марка компании . А что цветные листочки с липким краем, без которых работник офисного фронта не представляет себе трудового процесса, — тоже изобретение этой компании? И появилось оно в 1980−м году потому, что сотрудник 3М смог в рабочее время заняться решением своей проблемы… Полезных изобретений в 3М тысячи. У компании — более 26 тыс. патентов, в год она регистрирует около 500 новых. Это почти столько же, сколько Всемирная организация интеллектуальной собственности выдала в 2009−м по всей России (569).

3М — широкодиверсифицированная корпорация, одна из крупнейших международных промышленных компаний. Существует более ста лет. Постоянную продуктивность ей обеспечила ключевая идеология — инновации, готовность к долгосрочным инвестициям в новые продукты и развитие внутреннего предпринимательства. Менеджерам компании удалось выстроить выдающийся механизм стимулирования инноваций.

К примеру, "правило 15%" позволяет техническим сотрудникам тратить 15% рабочего времени на собственные проекты. "Правило 30%" предполагает получать не менее 30% годового объема продаж каждого подразделения за счет товаров, запущенных в производство в последние четыре года. А еще — награды и гранты для создателей успешных бизнес-направлений, возможность продвижения по служебной лестнице, программа раннего участия в прибылях, форумы для обмена информацией, почетные общества. Здесь каждую идею, даже самую сумасбродную, тестируют, оценивают с точки зрения новизны и полезности для клиентов. "Нельзя наткнуться на что-либо, стоя на месте", — говорил бывший руководитель 3M Company Ричард Карлтон.

Что такое инновация для компании и что мешает притоку инновационных технологий в Россию, рассказывает генеральный директор "3M Россия:" Светлана Баланова.


 

Решаю проблемы

— В России свое, отличное от Запада понимание инноваций. Они прочно ассоциируются с нано-, космическими или ядерными технологиями. Не создает ли это трудности для работы?

— В тех инновациях, о которых вы говорите, мы тоже принимаем участие. К примеру, астронавт Нил Армстронг вступил на поверхность Луны в обуви, изготовленной при нашем участии. У нас множество разработок для NASA, лазерные и нанотехнологии. Сейчас, например, по поручению американского правительства мы занимаемся топливными элементами как альтернативным источником энергии.

Хотя мы действительно под инновациями понимаем нечто другое: новые идеи и продукты, которые меняют качество жизни или работы людей. В России этого понимания еще нет. Кроме того, инновации — это не просто теоретические изыскания, это коммерциализированные научные разработки. Показатель инновационности — насколько компания в состоянии переносить идеи (причем неважно, свои или купленные) в коммерческий продукт. Это то, в чем Россия всегда отставала. Страна обладает огромным научно-техническим потенциалом. Произвести очень качественный опытный образец никогда не составляло проблемы для советских и российских НИИ. Проблема возникала тогда, когда нужно было построить поточное, конвейерное производство.

Работая в секторе В2В, 3М продвигает на российском рынке технологические решения, которые позволяют производителям создавать инновационные продукты.

— Например?

— Сейчас идет борьба за снижение потребления топлива: все стремятся уменьшить массу автомобиля. Этого можно достичь, используя специальные материалы для облегчения деталей, которые разработала 3М. То же — в производстве электроники, бытовой техники. То есть можно продолжать шурупами прикручивать одно к другому. А можно использовать современные технологии, позволяющие делать быстрее, дешевле и качественнее. В проекте с КамАЗом компания предложила замену клея на самоклеющийся уплотнитель на двери автомобилей, это позволило снизить запыление кабины и сократить трудоемкость процесса на 30%.

Другой пример — из области медицины. Внутрибольничные инфекции — серьезная проблема в мире. В России не ведут статистику в этой сфере: вероятно, страшатся цифр. При этом борьба с последствиями таких инфекций стоит гораздо дороже, чем их предотвращение. Продукция 3М — специальное хирургическое белье, различные ткани, через которые делают разрезы во время операции, перевязочные материалы, крепления внутривенных катетеров и так далее — позволяет сократить затраты на пребывание пациента в стационарах на 20% как раз за счет снижения распространения инфекции в больнице.

— Что мешает притоку инновационных продуктов и технологий в Россию?

— Инновационные проекты попадают в Россию минимум через год после появления в мире: очень много барьеров. Они связаны с техническим регулированием, сертификацией. Есть административные барьеры. Например, федеральный закон о госзакупках. По нему, основной фактор принятия решения — цена. Совершенно не рассматриваются качественные показатели, изменение полной стоимости процесса. Но инновационные высокотехнологичные продукты не могут стоить значительно дешевле, чем старые. Да, они могут увеличивать стоимость на каком-то отдельном участке, но дают существенную экономию в комплексе.

Главный барьер — в головах. И приятно видеть, что сейчас российские производители, российские власти все больше начинают думать категориями общей стоимости, качества и смотреть, что могут дать инновационные технологии. Раньше моментально отпугивала цена. Но разница в стоимости всегда чем-то обоснована. Мы все-таки не в бизнесе дорогих женских сумок или чего-то еще, где бренд является определяющим, и за него люди готовы переплачивать в разы. Потребитель должен понимать, что он платит за время, которое сэкономит, или за сокращение затрат где-то в другом месте, или за большее удобство (к примеру, в виде технической поддержки), и что мы сможем разработать технологию для решения его проблем. Изменение менталитета — очень позитивный сдвиг.

— В 2008 году 3М запустила завод в Волоколамске. Планируете расширять производство в России?

— Не очень приятный сюрприз для многих западных компаний — производить в России не дешевле. Это выгодно только для тех, кто активно переходит на российское сырье, например, пищевиков. Но точно не для высокотехнологичных производств, где ручной труд — не такая большая составляющая, чтобы получить существенный эффект из-за разницы заработных плат. К тому же одна из самых больших проблем для локализации в России — это отсутствие качественных поставщиков сырья. Часто сырье стоит дороже, чем заграницей. Есть материалы, которые в России не производятся вообще. Сегодня между странами достаточно высокий уровень специализации, и например, поставщиков смол специального типа для нашего производства антикоррозийных покрытий в мире всего несколько.

Но мы действительно в перспективе трех-пяти лет планируем повышать степень локализации в России. Производить здесь имеет смысл потому, что ты становишься гораздо ближе к потребителю. Особенно если продукт адаптируется под российский рынок или выпускается новый, сделанный специально для него. Цепочка поставок сокращается, появляются гибкость, возможность быстро реагировать на потребности клиентов.

Для адаптации технологий под наших потребителей на заводе в Волоколамске есть научно-исследовательская лаборатория, а в Москве работает Технологический центр. Он работает так: клиент привозит деталь, которую нужно обрабатывать с использованием абразивного материала и называет показатели, которые нужно получить после обработки. Наши специалисты создают новую технологическую карту — определяют материалы и этапы, в которые проходит зачистка. Примерно так же мы создаем новые продукты. Повторюсь: инновация не имеет смысла, если она не привязана к производству.

Идеи в цене

— Каковы приоритеты 3М в России и на Урале?

— В России представлены все шесть бизнес-направлений 3М. Начинали с продаж товаров для офиса, в последнюю очередь подключили товары народного потребления. В это направление сейчас активно вкладываем. Конечно, есть отрасли, в которых попросту нет российских производителей, поэтому нет и поставок нашей продукции: это электроника, мобильные телефоны, производство альтернативных источников энергии. Тут основная часть нашей клиентской базы находится в Азии. Кстати, в марте мы получили престижную американскую премию в области энергосбережения за продукт, который используется в производстве телевизоров для увеличения яркости.

Приоритет на Урале — материалы для промышленности, прежде всего горнодобывающей и металлургической, в том числе средства обеспечения безопасности на производстве и индивидуальной защиты. Важная для нас тема — здравоохранение. В регионе хорошо развивается цифровая стоматология. Это новая технология, которую мы запустили несколько лет назад: система компьютерного моделирования и изготовление безметалловых конструкций для зубов (коронок) из керамического материала, из оксида циркония. Большое внимание уделяем электротехническому и телекоммуникационному направлению (продукция для обеспечения интернет-доступа).

Кроме того, для нас Урал — продвинутый регион с точки зрения безопасности дорожного движения. В Екатеринбурге, Перми всегда интересовались новыми технологиями в этой сфере. Здесь и в других регионах мы реализуем сейчас социальную программу повышения безопасности пешеходов на дороге "100% видимости".

— Это предполагает активное сотрудничество с властями различного уровня. Нет ли ощущения, что здесь вы сталкиваетесь с неподвижной коррупционной махиной?

— Не секрет, что на дорогах в России гибнет огромное количество людей. Как ни цинично это звучит, есть определенные финансовые показатели — сколько стоит одно ДТП и как одна смерть отражается на величине валового продукта. В этом смысле государство отдает себе отчет в том, что инвестиции в эффективную организацию безопасного дорожного движения будут окупаться. Наша компания — серьезный игрок в этой отрасли, мы, например, изобрели световозвращающие материалы для дорожных знаков, специальной одежды. Мы успешно работаем с органами обеспечения безопасности на дорогах во всем мире, и России в частности.

Если вспомнить, что было на дорогах 15 лет назад (я имею в виду не качество дорожного покрытия, а то, что связано с безопасностью движения), то здесь произошли кардинальные перемены — изменился ГОСТ. Впрочем, в России до сих пор разрешено использование для дорожных знаков пленки с определенными характеристиками, так называемой "коммерческой", изначально разработанной для рекламы. Таких стран осталось всего несколько, например Пакистан, Украина. Следующий шаг — переход на международные стандарты. Кроме того, есть определенные принципы, по которым должны оформляться участки, где зафиксирована концентрация ДТП. Россия уже много сделала в этой области.

— Как повлиял кризис на ваши планы в России?

— Он их не изменил, просто немного отложил. Мы, как и большинство компаний, наверное, говорим о задержке в год-два. Это позволяет иначе взглянуть на них, оценить, не нужно ли что-то пересмотреть. Чем больше мы здесь работаем, тем больше информации по рынку получаем, лучше его узнаем. В связи с этим планы могут меняться. Речь не идет о том, будем ли мы развивать дальше производство и продажи в России — однозначно будем. Вопрос в том, какие именно новые продуктовые линейки появятся.

http://expert.ru

Вернуться к списку интервью